О медиагруппе |Продукты и услуги
Онлайн конференция
Дальний зал

Онлайн-конференция финалистов Национальной премии "Большая книга"

Онлайн-конференция финалистов восьмого сезона Национальной премии "Большая книга" Юрия БУЙДЫ и Дмитрия ДАНИЛОВА. Оба писателя не впервые становятся финалистами крупнейшей российской литературной премии, причем уже во второй раз совместно – в 2011 году они также "соседствовали" в списке финалистов. В своей новой книге "Описание города" Дмитрий Данилов дарит читателю образ города без имени, без единого названия улицы, без вывесок и указателей. Город Данилова есть где-то на карте, но место это остается для читателя загадкой. Роман "Вор, шпион и убийца" Буйды повествует о его коллеге – писателе, чья мечта "воровать" у мира вокруг сцены, "шпионить" за эмоциями и "убивать" мгновения, чтобы как в гербарии приколоть их к страницам навеки. За неделю до церемонии вручения наград восьмого сезона Национальной премии "Большая книга", которая состоится 26 ноября, писатели ответили на вопросы интернет-аудитории.
Вступительное слово, Дмитрий Данилов:
Здравствуйте, я думаю, что мы можем начать, я готов ответить на ваши вопросы, постараюсь быть максимально откровенным.
Вступительное слово, Юрий Буйда:
Здравствуйте, меня зовут Юрий Буйда, я финалист премии "Большая книга" и готов ответить на ваши вопросы.

Ответы на вопросы
Дмитрий:

Вы второй раз совместно выходите в финал "Большой книги". Не думали объединиться и написать роман в соавторстве? Первая премия по идее гарантирована.

Юрий Буйда:

Первая премия никому не гарантирована. Ни с кем я никогда не объединялся, и даже не знаю, как это делается. Знаю только по книгам, что есть такие братья Гонкуры, Ильф и Петров, но сам никогда не пробовал и не хочу пробовать. Тем более, что у нас с Дмитрием Даниловым очень разные взгляды на жизнь.

Дмитрий Данилов:

Юрий Буйда — прекрасный писатель, мне очень нравится и очень интересно то, что он делает, у него неповторимая и очень узнаваемая авторская манера, но мысли написать роман в соавторстве у меня не было, и я уверен, что у Юрия тоже. По двум причинам, во-первых, манеры наши очень сильно отличаются. То, что делает Юрий, достаточно далеко от того, что делаю я. Второй момент — я не очень понимаю, как писатели пишут вместе, как писали Ильф и Петров или Стругацкие — я не представляю. Мне кажется, что писательство — это занятие сугубо индивидуальное.

Антон:

Скажите, знаете ли вы, когда начинаете писать книгу, чем она закончится?

Юрий Буйда:

Иногда знаю, иногда нет. Иногда это очень хорошо, когда знаешь финал, и тогда весь образ книги виден насквозь. А иногда очень хорошо, когда финал неизвестен. И тогда идешь не то, что на ощупь, но неожиданности обнаруживаются по пути, и это очень хорошо, потому что неожиданности бывают иногда приятными.

Дмитрий Данилов:

Писатель Дмитрий Данилов

Раньше я более-менее знал. А сейчас, если говорить о двух книгах, относительно новых, то есть о книге "Описание города", которая сейчас в шорт-листе, и книге "Горизонтальное положение", которая была в шорт-листе в 2011 году, то тут я уже совершенно не знал, чем закончится, и это, мне кажется, из самих книг должно быть видно. Потому что если говорить о романе "Описание города", это был эксперимент, и я совершенно не знал, чем это закончится. Я не придумываю из головы, я описываю реальность, а как сложится реальность, я заранее, конечно, не знаю. Но если говорить о книге "Описание города", то там действительно содержится описание города, как ни смешно это звучит. Я в течение года 12 раз ездил в этот город, наблюдал, изучал его, и я, конечно, заранее не знал, какие у меня будут впечатления, что я увижу, почувствую.

Анна Васенина:

А вы сами больше тяготеете к современной литературе или к классике?

Юрий Буйда:

видимо, речь идет обо мне как читателе. Я и раньше-то был очень специфическим читателем, а в последние годы современную литературу, и русскую, и зарубежную я практически не читаю. Так уж складывается, что жизнь одна, и надо успеть написать свое, а чужие книги отвлекают. Недавно мне как председателю жюри конкурса на лучшую русскую повесть, премии Белкина, пришлось прочесть одним залпом 46 книг современных авторов. Там были книги и хорошие, и очень хорошие, но испытание оказалось почти непосильным. Я до сих пор в себя прийти не могу.

Дмитрий Данилов:

Конечно, к современной. Классику мы все ценим, это то, из чего выросла наша русская литература. Но поскольку одна из задач литературы — это ставить какие-то острые вопросы, а не отвечать, кстати, на них, то русская классика, как бы мы ее ни любили, уже давно никаких острых вопросов нам не ставит, как и любая классика. Поэтому я, честно говоря, не очень понимаю людей, которые говорят, что они постоянно перечитывают классику, а современную литературу не читают. Я это понимал бы, если бы речь шла об исследователях классики. Им, конечно, положено все время заниматься классикой. А если мы просто современные люди, и мы в литературе пытаемся найти отражение нашей жизни — наверное, стоит больше читать современной литературы все-таки. И потом, я сам в некотором роде отношусь к современной литературе, и было бы странно, если бы современный автор говорил — классика — это вечно, надо читать классику, а современную литературу игнорировать, это было бы с моей стороны дико.

Даниил:

Скажите, смотрели ли вы фильм "Персонаж"? В фильме писательница узнает, что все ее герои были реальны, причем большинство она убила. Как бы вы отнеслись к появлению ваших персонажей в реальном мире? Было бы стыдно перед ними за какие-то повороты сюжета?

Юрий Буйда:

Нет, я этот фильм не смотрел. Да нет, с чего бы стыдно. Мне предлагают поиграть в такую фантазию — это сюжет для фильма, а в жизни все иначе. Вообще-то я тип персонажа склеиваю из жизни. А наоборот — не знаю, я даже не знаю, что на это ответить.

Дмитрий Данилов:

Я могу предположить, что Даниил, наверное, не читал то, что я писал, не читал мои книги. Потому что если бы он читал, он знал бы, что у меня никаких вымышленных персонажей нет, и у меня вообще как таковых персонажей нет. Можно, конечно, считать персонажем город, но это все-таки не то, что имеет в виду Даниил. Повторюсь, я ничего не придумываю, не выдумываю сюжеты из головы или персонажей несуществующих. Поэтому для меня описанная ситуация невозможна. Да, фильм я не смотрел.

Егор:

Скажите, что для Вас премия "Большая книга"?

Юрий Буйда:

Писатель Юрий Буйда

Премия — это прежде всего признание. И она с очень солидным денежным содержанием, это тоже очень важно, конечно же. Важнее всего, пожалуй, то, что все книги, в том числе и моя, которая опубликована на сайте "Большой книги", прочли тысячи людей. Сегодня бумажные тиражи расходятся хуже. А вот электронная версия, которая выложена на сайте "Большой книги" — как мне сказали, за это время читатели прочли более 4 миллиардов печатных знаков. И это очень здорово, премия привлекает внимание к современной литературе, и это очень важно. А что касается меня лично, персонально — мои книги уже несколько раз попадали в длинные и короткие списки разных премий, и "Букера", и "Большой книги". Я к этому отношусь совершенно спокойно, потому что премии имеют отношения к литературной жизни, а к собственно литературе, к книгам они не имеют никакого отношения. Исходя из этого и понимая, что это такое, я никогда не теряю головы.

Дмитрий Данилов:

Хороший вопрос. И всегда его задают. Я даже не знаю, может ли тут быть какой-то оригинальный ответ. Это крупнейшая в России литературная премия. И я всегда отвечаю на этот вопрос одинаково — участие в премии "Большая книга" и попадание в ее короткий список мне дает прочитанность моей книги, появляется очень ценное для писателя ощущение, что книга прочитана публикой. Все остальное очевидно, премия действительно престижная, это просто приятно.

Елена:

Как вы считаете, есть ли будущее у бумажных изданий? Или будущее за электронными носителями?

Юрий Буйда:

Я думаю, что это вопрос искусственный, я и на него ответить не могу, а отвечает на него уже жизнь. Если я не ошибаюсь, недавно опубликована западная статистика о значительном падении продаж электронных книг, и о небольшом росте продаж бумажных книг. Я думаю, что поначалу играл роль фактор новизны — никуда не надо идти, ни в какой магазин, несколькими кликами мышки покупаешь понравившуюся книжки, причем дешево, в несколько раз дешевле, чем в магазине. Но, видимо, существует традиция бумажной книги, и она не случайна. Я думаю, что эти два формата рано или поздно займут свое место на рынке, и никто никого не подавит и не выдавит. На самом деле это очень давняя история, еще в 80-е годы в некоторых странах было распространено то, что сейчас называется "печать по требованию". То есть дорого издавать, например, справочник по морским холодильным установкам. И много ли таких специалистов? И непонятно, каким тиражом издавать. Или история вавилонской литературы — есть такие специалисты, а много ли надо таких книг? Но специалист за плату может заказать себе такую книгу в одном экземпляре, ему вполне достаточно. Когда-то это стоило недешево, но если специалист находится на уровне своего времени, он ее купит. Сейчас процесс шире. Например, сейчас в России электронная книга более актуальна для провинции, там закрылись из 8,5 тысяч 7 тысяч книжных магазинов. Прежде всего речь идет о маленьких городах, о поселках. И покупка электронной книги за 50-70 рублей по интернету — это реальный выход для человека, который любит читать. То есть я здесь большой проблемы, непримиримой борьбы бумажной и электронной книги не вижу. А сейчас процессы совсем другие. Это также, как в 1927 году на каком-то совещании Сталин сказал, что нам нужно развивать радиовещание, это самый верный способ борьбы с алкоголизмом, и бросил такой лозунг — "радио победит водку". Но прошло больше 80 лет, и если водку что-то побеждает, то это вовсе не радио. Когда появилось телевидение, заговорили о том, что пришел конец и кинематографу, и театру. Как видим, это не так.

Дмитрий Данилов:

История нам показывает, что появление новых технологий далеко не всегда вытесняет старые. Например, когда появилось кино, все предсказывали скорую смерть театра, но существует и кино, и театр, потому что одно не заменяет другое, а дополняет. Так же было и с кино и театром, но оба вида прекрасно существуют. Мне кажется, что в будущем книги будут существовать параллельно и на бумаге, и на электронных носителях. Для меня, например, совершенно неважно, на каком носителе книга. Мне лично даже, наверное, удобнее электронный носитель — компактно, удобно, в кармане помещается целая библиотека. И я стараюсь читать книги в электронном виде.

Галина:

Скажите, а вам приходит много писем от читателей? Есть обратная связь? Как много среди таких писем "сумасшедших"?

Юрий Буйда:

Сейчас письма не пишут. Иногда я их получаю, чаще от знакомых, а от незнакомых — очень редко. Они есть, но очень редко. Попадаются люди въедливые, задают вопросы, пытаются уличить какие-то неточности. Но вообще, по-моему, письмо к писателю как жанр умерло. Это лет 50 назад можно было рассказывать о том, как популярному писателю несут мешки читательских писем. Сейчас, если читатель хочет высказать свое мнение, то он просто пишет в Фейсбуке или Живом журнале, и иногда — лично автору. Но чаще открывает свое мнение для всех.

Дмитрий Данилов:

Писатель Дмитрий Данилов

Сейчас немного изменился формат взаимоотношений писателя и читателя, по сравнению с тем, что было 20, 30, или 100 лет назад. Как таковых писем, чтобы мне именно человек написал, допустим, электронное письмо — "здравствуйте, Дмитрий, я прочитал Вашу книгу" — таких мало писем. Но они есть. А в основном реакция и обратная связь приходит через социальные сети, через Фейсбук в основном. Когда я выкладываю фрагмент текста, приходит много вопросов, комментариев, идет обсуждение, а как таковых писем — мало. И писем от сумасшедших я не припомню, не было такого.

Анна:

Есть ли у Ваших персонажей реальные прототипы?

Юрий Буйда:

Да они все реальные. Например, в романе "Синяя кровь", об этом уже много писали, этот роман выходил в финал Большой книги, можно считать прототипом Валентину Караваеву. Но с главной героиней романа ее связывают только некоторые факты биографии. В романе "Третье сердце" персонаж пришел из западной печати. О таком случае рассказывалось в сороковом году и в нашей печати. Меня этот факт зацепил, и так появился маленький роман "Третье сердце". Да и во всех остальных случаях автор живет живой жизнью, встречается с сотнями людей, накапливается жизненный опыт, наблюдения за характерами. Разумеется, это все не марсиане, это все наши соседи, но зачастую их черты переплетаются неузнаваемым образом, и ткнуть пальцем и сказать — это Иван Иваныч, я с ним жил 20 лет — такого у меня почти не бывает.

Дмитрий Данилов:

Вопрос похож на вопрос Даниила, и могу предположить, что Анна моих книг не читала. У меня в принципе нет персонажей в обычном понимании этого слова. И, как я уже говорил, я не придумываю сюжеты из персонажей из головы, я описываю окружающую реальность, я свою задачу вижу именно в этом.

Елена:

Каковы Ваши дальнейшие творческие планы?

Юрий Буйда:

Этого я не люблю, раскрывать. Потому что суеверен. Но одно из издательств продолжает выпуск серии моих книг. На сегодня у меня вышло уже несколько книг. Только что, в ноябре, буквально на днях, из типографии пришел роман "Герма", а в начале следующего года появится повесть "Як и мед". Потом, по-видимому, книга небольших рассказов. Об остальном я хотел бы промолчать, чтобы не сглазить.

Дмитрий Данилов:

Мне не хотелось бы вдаваться в подробности. Я могу только сказать, что пишу некий достаточно большой текст, и сейчас работа находится где-то на середине, примерно. Наверное, пока я ограничусь этим. Когда будет результат, тогда будет, о чем говорить.

Антон:

Что для Вас современная литература? Есть ли у современных авторов перспектива стать классиками?

Юрий Буйда:

Писатель Юрий Буйда

Да разумеется, есть. И независимо от моего мнения, для многих людей уже есть живые классики. Для кого-то это Юрий Мамлеев, для кого-то Маканин, или Улицкая, Пелевин, Сорокин… Это все зависит от того, что мы вкладываем в понятие "классик". Да и потом, знаете, пройдет лет 20-30, и наши представления о сегодняшней картине русской литературы может сильно изменится, да и наверняка изменится. Я уж не говорю, что будет через 50-100 лет. Может быть, нас всех забудут. Такие эпохи в истории театра и кино бывали, просто так бывает, и не обязательно это связано с катастрофами и войнами. Когда спрашивают — дали русской литературе в 90-е годы свободу, почему же нет новых Толстых и Достоевских — я говорю, не выросли. В этом году белых грибов нет, зато урожай на лисички. Да и кому нужны новые Толстые и Достоевские. У новых классиков будут другие имена. Давайте поживем еще лет сто, встретимся и обсудим эту тему.

Дмитрий Данилов:

Я думаю, что само понятие классики уже потихоньку осталось в прошлом. Я не уверен, что в будущем будет понятие классики. Но если все-таки классики будут, то, наверное, многих современных писателей можно будет к ним причислить. Потому что сейчас не один и не два и не три современных писателей, пишущих сильную литературу.

Андрей:

Посоветуйте, пожалуйста, что-то молодым авторам. Стоит ли рассчитывать на материальную выгоду от работы писателя?

Юрий Буйда:

Андрей, все зависит от того, чем Вы хотите заниматься. В литературе много возможностей. Если Вы хотите писать коммерческую литературу — это один вопрос. Если Вы видите себя продолжателем традиций Гоголя, Толстого, Достоевского и Чехова — это другой вопрос. Но, насколько я знаю, даже ныне очень популярные и хорошо зарабатывающие писатели стали хорошо зарабатывать не сразу, а после второй, третьей, а то и четвертой книги. Но это так, по слухам, по разговорам. А вообще-то, если Вы хотите заниматься так называемой серьезной литературой, которую преподают в школе и университете — тогда рассчитывать на деньги трудно, и даже очень трудно. Лучше не морочьте себе голову и найдите хорошую профессию.

Дмитрий Данилов:

Не стоит. Если молодой автор собирается стать серьезным писателем, то есть не писать какие-то детективы, или дамские романы, то, что раскупается огромными тиражами, а если автор хочет писать серьезную литературу — то ему нужно с самого начала выкинуть из головы мысль о материальной отдаче. Может быть, она потом будет, бывает по-разному, но не нужно на нее рассчитывать. И самое глупое, что может сделать молодой автор — это рассчитывать сделать писательство своей профессией, которая приносит деньги. Нужно обязательно иметь какую-то профессию и источник доходов не писательский. Просто потому, что современная серьезная литература, я уж не знаю, к сожалению или к счастью, интересует очень узкий круг читателей.

Валентина Кононова:

Дмитрий, раскройте секрет! Какой город вы описали?

Дмитрий Данилов:

Валентина, спасибо за вопрос. Если бы мы с Вами разговаривал тет-а-тет, я бы с удовольствием этот секрет раскрыл. Но мне бы не хотелось лишать остальных читателей небольшого развлечения по угадыванию этого города. Тем более, что угадать его совсем нетрудно, достаточно прикинуть географически, это ночь на поезде, и в тексте есть масса подсказок, намеков. Поэтому я думаю, что Вам будет это сделать легко. И еще один момент – на самом деле совершенно неважно, какой это именно город. Мне кажется, суть текста не в этом, это отгадывание – просто небольшая вишенка на торте.

Заключительное слово, Юрий Буйда:
Спасибо всем за вопросы и внимание, и могу в заключение сказать только одно – современная русская литература не так безнадежна, как многие себе это представляют. Читайте больше, и вы поймете, что я имею в виду.
Заключительное слово, Дмитрий Данилов:
Спасибо большое всем, кто присутствовал на этой онлайн-конференции и всем тем, кто задавал мне вопросы, мне было интересно на них отвечать. И я хотел бы пожелать читателям побольше читать современной русской литературы, в ней очень много всего происходит интересного. И очень советую, если у кого-то она есть, расстаться с совершенно малопродуктивной точкой зрения, что вся стоящая литература осталась в прошлом, сейчас писатели писать разучились, и так далее – это все неправда. Поэтому читайте современную серьезную русскую литературу.

Мнение участников конференции может не совпадать с позицией редакции