Онлайн-конференция

Парламентское Собрание Союза Беларуси и России: актуальные вопросы деятельности

(74:00 / 706.81Mb / просмотров видео: 86)
Ответы на вопросы
Вступительное слово
Мне приятно, что программы Союзного государства, Парламентского собрания Союзного государства и вообще всё, что связано с союзом Белоруссии и России, привлекают столь серьезное внимание наших коллег в информационном пространстве. Завершающийся, уходящий 2014-й год был знаковым для Союзного государства. Образовались новые его программы. На прошедшей в Сочи 47-й сессии Парламентского собрания принят новый порядок формирования бюджета Союзного государства. И как никогда ранее тесно работали исполнительная и законодательная власть, чтобы между нашими странами особенно на этапе вступления в Евразийский проект, на этапе становления Евразийского Экономического Союза не проскакивали какие-то искорки, которые как между всякими крупными, реально действующими системами иногда на практике случаются. А Парламентское собрание под руководством Сергея Евгеньевича Нарышкина набирает силу, становится знаковой компонентjv сегодняшнего Союзного государства. Это всё чрезвычайно приятно, это всё чрезвычайно конструктивно, и я считаю, что мы еще раз в этом году доказали, что Союзное государство, его Парламентское собрание является флагманом евразийской интеграции. Союзное государство гораздо раньше создано, гораздо раньше на себе обкатало различные интеграционные процессы, программы, проблемы, в том числе и становление парламентского измерения интеграционных процессов в рамках всего лишь двух государств. Но уверен, что в недалеком будущем становление парламентской составляющей предстоит и Евразийскому экономическому союзу по аналогии с ранее созданными подобного рода крупными региональными объединениями, например, Евросоюз-Европарламент, как это предвидел, например, в своей фундаментальной статье "Евразийский Союз: От идеи к истории будущего" патриарх евразийской интеграции на сегодняшнем ее этапе, Президент Казахстана Нурсултан Абишевич Назарбаев. Статья была опубликована 25 октября 2011 года в "Известиях". Однако, вернемся к нашим реалиям – Союзное государство, его Парламентское собрание в нынешнем году и планы на будущий год. Должен сказать, что очень много как никогда ранее тесно мы общались с коллегами из Совета республики и Палаты представителей национального собрания Белоруссии по существенным вопросам. По развитию сотрудничества в сфере высоких технологий. По тем или иным программам выхода на рынок белорусских предприятий на российский и наоборот, по инфраструктурно значимым предприятиям обеих стран. Такие, в частности, как Минский завод колесных тягачей, другие. Когда возникают проблемы, теперь не просто между собой общаются главы государств и правительств. Эти задачи, эти проблемы обсуждаются на уровне профильных комитетов Парламентского собрания, и всё это говорит о том, что Парламентское собрание существует отнюдь не для галочки. Позвольте мне очень кратко пройтись по программам Союзного государства тем, которые отслеживаются на уровне или в плоскости Парламентского собрания. Они все совершенно конкретные. Это программа по перспективным полупроводниковым гетероструктурам и приборам на их основе, тем, чем начал заниматься еще "Прибор СССР" и ряд предприятий, которые располагаются на территории Белоруссии. Это конец 80-х. Сейчас эта программа финансируется достаточно серьезно. На 2015-й год 350 миллионов рублей. Здесь заказчиком и координатором выступает Минпромторг. Научно-технологическая аналогичная программа "Компомат" по разработке инновационных технологий и техники для производства конкурентоспособных композитов, матриц и армирующих элементов на 2012-16 годы уже хорошо себя показала в 2012, 2013, 2014 годах. На следующий год - 1 миллиард 390 миллионов рублей. То есть научно-технологические программы у нас идут полным ходом. Что касается некоторых других. Может быть, я не буду перечислять все: все-таки, я не глава исполнительной власти Союзного государства – мы больше поговорим о парламентских делах. Но те, которые наиболее серьезное получили финансирование и в том числе через дискуссии в Парламентском собрании, я назову. А именно еще две программы Союзного государства. Это так называемый «Союзный тепловизор». Общий объем финансирования здесь 980 миллионов и, в частности, 94 миллиона на 2015 год. Это тоже Минпромторг. И еще одна программа по развитию ресурсного потенциала углеводородного сырья – это "СКИФ-Недра". В данном случае объем финансирования на будущий год – 100 миллионов. Остальные программы Вы, наверное, более-менее знаете: здесь космическая программа, и в этом году у нас добавилась еще одна программа. Последняя, о которой я сказал, она у нас идет именно с 2015 года, это "Создание нового поколения микросистемотехники и унифицированных интегрированных систем двойного назначения на ее основе". Это речь идет как раз о ресурсном потенциале углеводородного сырья, его увеличении и более эффективном использовании. Ну, увеличить ресурсный потенциал можно путем только его дальнейшей разведки, поэтому мы говорим о двойном назначении унифицированных интегрированных систем нового поколения, которые будут заниматься также и фотоприемными устройствами инфракрасного диапазона. Как раз это будет рассчитано на увеличение в том числе и ресурсного потенциала через его возможную разведку. Всё это супертехнологичные программы с большой научной базой. Это наукоемкие программы. И одним из флагманов Союзного государства лично я воспринимаю научное сотрудничество, потому что здесь никакие, медицинским языком, экстрасистолы не проскакивают, никаких шероховатостей. Ученые работают. И с каждым годом эта работа становится всё более объемной, всё более тесной, слаженной и эффективной. Может быть, Вы обязательно зададите мне вопрос по последним шероховатостям в области поставки продукции, происходящей из Белоруссии сельскохозяйственного плана. Это острый вопрос. Сейчас пар выпущен. Действительно, когда закрываются сразу 23 предприятия, их продукция и ее поставки на российский рынок – это перебор. Такие вещи, по крайней мере, надо вначале обсуждать. Поэтому не можем учиться на чужих ошибках – будем учиться на своих собственных. При этом я должен сказать, что Россельхознадзор – это одна из самых профессиональных структур в функциональной ткани, если угодно, Правительства Российской Федерации. И уж эта структура точно является эффективным цербером на пути поставки на российский рынок каких-то недоброкачественных продуктов питания и полуфабрикатов, и любой сельхозпродукции, по которой есть подозрение в ее недоброкачественности. Лучше перестараться даже где-то, потерять несколько дней на дополнительные анализы, нежели массовым образом отравить людей. И здесь я хотел бы предостеречь тех, кто первым делом пускает стрелы в адрес Россельхознадзора. Россельхознадзор как раз именно для этого и существует, чтобы хранить наше с Вами здоровье. Ну а переговоры с коллегами из Белоруссии, тем более из братской страны в случае подобного напряжения нужно вести для того, чтобы эти вопросы не переходили на уровень глав государств и не становились потенциально конфликтообразующими. Думаю, что в будущем году, когда мы уже будем жить в эпоху Евразийского Экономического Союза, все профильные ведомства наших в первую очередь двух стран, прошедших опыт Союзного государства, будут исходить именно из этого при работе друг с другом. И таким же образом мы будем работать и с ведомствами Казахстана, третьей страны-участницы Евразийского Экономического союза, а также с теми странами и ведомствами, которые к нам сейчас присоединяются (я имею в виду Евразийский проект) – это на сегодня Армения и Кыргызстан, решение о чем будет, надеюсь, принято 23-го декабря на Высшем Евразийском экономическом совете.. Завершая свой короткий доклад Вам, что касается Союзного государства и его Парламентского собрания, могу только коротко сказать. До этого (ну, может быть, мне так казалось: я не имел тогда отношения к Парламентскому собранию) оно работало по каким-то заранее написанным сценариям, немножко всё это напоминало советское время, не хватало какой-то искорки, огонька, инициативы. Может быть, на том этапе этого и не требовалось – на том этапе нужно было друг друга лучше узнать, разогнаться. А вот сейчас должен констатировать, что этот разгон произошел, и Союзное государство является поставщиком, генератором своего рода новых идей на плоскость исполнительной власти Союзного государства, на плоскость кабинета министров Белоруссии и Правительства Российской Федерации. И уверен, что этот положительный фактор обратной связи будет продолжаться и в будущем году. Я открыт для Ваших вопросов.
Валерий Милованов, газета "Вестник Героев":
Какие, шаги совместные делаются в отношении празднования 70-летия Победы в Великой Отечественной войне, достойного празднования, чтобы не стыдно было, так сказать, нашим предкам?
Леонид Слуцкий:
Спасибо за вопрос. Вопрос значимый. Во-первых, я, отталкиваясь от формулы Вашего, хочу сказать, что мы не просто выпускаем для болтов гайки, а для гаек – болты. Не было бы, наверное, никакого Евразийского проекта, если бы не было Союзного государства. Потому что мы, действительно, обкатали за столько лет и столько проблем прошли на уровне не болтов и не гаек, а на уровне очень серьезных наукоемких программ. И это, действительно, доказало жизнеспособность Союзного государства. Вот у меня тут есть один вопрос тоже из интернета "Не упразднится ли через какое-то время само собой Союзное государство с вступлением в силу договора о Евразийском экономическом союзе?" Наоборот. Актуальность Союзного государства возрастет, потому что опыт бесценный, накопленный Союзным государством, будет интегрироваться и на всё Евразийское Экономическое Пространство. Опыт и в делах таможенных, и в делах работы по конкретным межотраслевым программам, которые будут сейчас множиться и распространяться на всё евразийское пространство. А там очень немало будет проблем. И как решать эти проблемы, уже во многом понимают в Минске и понимают в Москве. Что касается 70-летия Великой Победы. Давайте пожелаем нашим ветеранам, чтобы они жили долго. Но сколько бы мы ни видели ветеранов в сквере у Большого театра и в других местах 9-го мая, я всегда и всю жизнь, сколько мне будет богом отпущено, я всегда буду чувствовать неудобство перед ними, потому что я считаю, что близко не всё мы выполнили перед ветеранами. Сколько раз мы говорили еще с союзного времени, что ветеранам надо всем дать отдельное жилье. И это не сложно. Но тем не менее, это еще где-то не сделано. Поэтому я должен сказать, что неудобство это есть, и ветеранами надо заниматься, не многими оставшимися в живых, нашей гордостью, нашей исторической памятью, живой в первую очередь. И надо сказать, что сегодня мы с Вами и наши дети это понимают реальным образом. Посмотрите на георгиевские ленточки – на лацканах, на машинах. То, что сейчас происходит, та цивилизационная схватка, в которую мы втянуты (и это понимаем не только мы с Вами, а понимают все)... И наши стратегические друзья не зря уже стерли с лица ряд режимов и их лидеров, чтобы споткнуться о нас. И сейчас, не только мы, Россия, а мы, Евразийский проект – это главный камень преткновения на пути создания в 21-м столетии однополярной архитектуры, однополярной мировой архитектуры, которая, как мы видим, основана на каждом этапе своем на крови. Как было в Косово, в Ираке, в Ливии. Сейчас это происходит на Украине. То есть считайте, это уже у нас, на нашем постсоветском пространстве, на пространстве русского мира. При этом деформация образа России за рубежом, которую винят во всех смертных грехах, и как и в августе 2008 года в Южной Осетии, используя для этого спровоцированный конфликт. Всё это говорит о том, что мы как никогда ранее должны быть вместе и должны очень хорошо ощущать свою историческую память. И тот великий подвиг, который совершили наши предки – наши отцы, наши деды – это сейчас очень отчетливо перед нами встает. И такое впечатление... Если несколько лет назад еще было ощущение, что это было когда-то, сегодня ощущение, что это было вчера. И сегодняшняя ситуация – это продолжение той ситуации. И сегодня от нашего реального осознания роли нашей в мире, от того, будем мы заниматься мечтательным самооплевыванием, как писал Ленин, или будем реально отражать все эти однополярные наскоки, зависит то, где будут жить наши дети, в каком мире, в какой стране и говорить на каком языке. Поэтому историческая память Великой Победы – сегодня это главное, это знаковое. Каждое Парламентское собрание, каждое заседание Совета министров Союзного государства обсуждаются совместные мероприятия по празднованию 70-летия Победы. Они теперь планируются значительно более серьезными, нежели планировалось, например, год-полтора назад. Наверное, Высший Госсовет Союзного государства, который состоится 23 числа (так же, как и Высший Евразийский Экономический Совет, Совет коллективной безопасности ОДКБ проведут в этот же день, 23 декабря – будет целых 3 заседания на уровне глав государств) нам даст решение по дополнительному, возможно, увеличению ассигнований на подготовку и проведение мероприятий в рамках празднования 70-летия Великой Победы. С нашей стороны мы обсуждаем мероприятия, которые пройдут по нашей линии. Мы будем проводить совместные выступления, конференцию. Возможно, будем проводить и мероприятия публичные в Москве, в Минске. Наши страны – самые близкие на постсоветском пространстве, нас связывает помимо всего прочего Союзное государство. Нас связывает многовековая общая история, поэтому наше взаимопроникновение, если Вы позволите мне так выразиться, в рамках подготовки и празднования 70-летия Великой Победы, будет максимальным. Будут и очень интересные автопробеги. Некоторые из них мы поддерживаем через Российский Фонд Мира, который я также возглавляю. Будут интересные мероприятия и в Минске, и в Москве. В Москве будет открыт еще недавно стоявший в руинах храм Семеновского и Преображенского полков. 8 мая, как мы ожидаем, Владимир Владимирович Путин посетит чин большого освещения этого храма на Преображенской площади. Многие знают его как Храм митрополита Николая. Мы туда будем приглашать и наших коллег из Белоруссии, которые имеют отношение к воссозданию иконостаса этого храма и так далее. Всё, что связано с Великой Победой прямо или косвенно, это сотни мероприятий, которые будут продолжаться задолго после 9 мая 2015 года, да собственно, как они идут задолго до этой великой даты, и в том числе многие идут уже сейчас. Некоторые парламентарии из Парламентского собрания предлагают очень интересные инициативы. И если эти инициативы мы сочтем реализуемыми, значит, будем их всячески поддерживать, потому что в праздновании 70-летия Победы не может быть лишнего, если оно искренне. Так что спасибо за вопрос. Будем готовиться и праздновать вместе – вместе с Вами и вместе с великими людьми, с ветеранами Великой Отечественной войны. Спасибо.
Иванов Сергей Иванович:
Уважаемый Леонид Эдуардович! В одном из своих интервью в 2012 году Вы утверждали, что на том этапе развития Россия сосредотачивалась силами и даже привели в пример цитату великого канцлера Российской империи Горчакова. Прошло два года: мы по-прежнему сосредотачиваем силы или поднакопили их для того, чтобы уже, наконец, стать самостоятельным полюсом мировой политики?
Леонид Слуцкий:
Я должен сказать, что эта горчаковская фраза "Если нас только не разобьют на голову, не разобщат и не сделают чем-то таким (не хотел бы приводить аналогов, чтобы на меня в каких-то уголках света не обиделись), а будем идти вперед как единое государство, которое развивает интеграционные проекты". В том числе главный из них – это Евразийский союз. Это своего рода предтеча Единого экономического пространства от Лиссабона до Владивостока, о котором еще говорил Шарль де Голль. Я сейчас бы сказал: "Одновременно от Таймыра до Индии и Сингапура, слева направо и сверху вниз". Весь Евразийский континент, без утопий уверен, что ближайшее десятилетие будет охвачен процессами евразийской интеграции, которые будут нарастать. Сегодня интерес к евразийским интеграционным процессам проявляют государства, которые находятся вне постсоветского пространства. Ну и Россия сосредотачивается силами? Сосредотачивается пока еще. Полюсом в мировой политике и международных отношениях будет обязательно. И если не будет, значит, тогда наши стратегические друзья, считайте, выполнили свой однополярный замысел. Давайте вспомним, несколько дней назад Бжезинский, автор известной парадигмы 1997 года из "Великой шахматной доски" "Россия с Украиной – сверхдержава, без нее – наоборот": новое мировое господство, однополярное мироустройство будет реализовано на обломках России, против России и за счет России, что всегда обращало на себя мое внимание в этом построении Бжезинского. И форпостом нашей деятельности, - заключал тогда пан Збигнев, - является Украина. Ну а сейчас он говорит о том, что с Крымом мы выиграли дважды: "Крым – пудовая гиря на ногах экономики России, и одновременно Крым – средство испортить окончательно имидж России в мире". Это и происходит. Поэтому пока мы не можем этому эффективно противостоять, мы еще не до конца сосредоточились силами. Посмотрите. Если США и Саудовская Аравия договорятся по цене за баррель нефти и она упадет... Значит, давайте что-то ужасное себе сейчас представим (надеюсь, этого не произойдет), скажем, доллар подпрыгнет где-нибудь до 100 рублей, зарплата в среднем по стране упадет (не будем рассчитывать точно на пальцах) до 200 долларов в месяц, наши стратегические друзья хотели бы в следующем году устроить в России социальный взрыв. Сразу хочу сказать, не выйдет, потому что Россия сейчас как никогда сплотилась вокруг своего лидера, и Россия еще не то претерпевала в своей истории. И русские люди, потомки тех, кто в том числе и выиграл Вторую мировую войну, кто отдавал свои жизни на полях великой войны, которую сейчас принято называть Первой мировой, незаслуженно забытой и которую сейчас мы вспоминаем, и создаем ее музеи. Думаю, что мы претерпим любые проблемы. Но пока вот эти все шантажные санкции могут иметь отрицательную обратную связь для России, пока мы еще не нарастили обратно свою пропаганду и контрпропаганду, лучшую в мире когда-то систему информационного сопровождения нашей внешнеполитической позиции... Вы помните, что в начале 90-х годов эти понятия стали практически ругательными. Мы то и другое утратили – Вы это знаете лучше меня как представители медиасообщества. И сейчас мы как Луна без атмосферы, которую бомбардируют (я часто привожу эту аналогию или аллегорию) тысячи и тысячи метеоритов в секунду, каждый квадратный миллиметр. И с нашим имиджем в мире делают что угодно – красная Россия, бандитская Россия, маленькая Россия напала на Грузию, Россия напала на Украину, войну ведет на юго-востоке, еще там чего-то делает, сбила Боинг. Вот, пока мы еще не разобрались до конца с экономикой, пока мы до конца не разобрались с информацией, и деформация нашего образа за рубежом возможна в мировом политическом пространстве, мировом информационном пространстве, мы еще до конца силами не сосредоточились. Поэтому мы продолжаем ими сосредотачиваться медленно, но верно. И это уже без утопий, я надеюсь, разделят мою позицию и те, в том числе критичные ребята и из медиасообщества, которые двумя ногами стоят на грешной земле. Не так быстро, как хотелось бы, но такова реальная жизнь – быстро ничего в реальном мире не бывает. И один из реальных примеров того, что мы сосредотачиваемся силами, это Союзное государство, рост его роли в евразийских интеграционных процессах, рост его программ, их объемов и того, что связано с реальным продвижением программ Союзного государства. Спасибо.
Чумаков Валерий, журнал "Союзное государство":
Много сказано о достижениях Союзного государства. Какие главные проблемы стоят на пути союзного строительства, и что делается для их решения?
Леонид Слуцкий:
Ну, проблем много. Надо, наконец, принять государственный акт. Надо решить некоторые вопросы, которые еще стоят по нему, и на Высшем Государственном Совете эти вопросы будут обсуждаться. Надо решить по ряду программ, в том числе и взаимодействию в сфере совместных производств и особенно поставок сельхозпродукции, некоторые шероховатости на случай того, если не дай бог какие-то проблемы такого же рода могут возникнуть в будущем (это вполне возможно). Мы сами видим свои слабые места. Мы идем по пути... Знаете, говорят "Умный выйдет из любой ситуации, а мудрый в нее не попадет". Но в реальном мире, в реальных интеграционных процессах редко получается быть мудрым. Чаще приходится учиться на собственных ошибках не потому, что мы дурачки, а потому что большие системы, большие ведомства. Под каждыми из них работают десятки крупных, имеющих десятилетия своей истории, промышленные предприятия. И вот эти вот системы с большими опытными дядями во главе не так просто тумблером взять и интегрировать. Вот, оно было разобщено, а теперь раз и интегрировалось. Для этого нужны годы, для этого нужно выявлять тех, кто не совсем поддерживает интеграцию, тех, кто двигается на ее пути с определенными перекосами. Союзное государство, союзное строительство, на которое еще многие смотрели, когда я пришел к руководству Комитетом Государственной Думы в 2012 году несколько скептически, пессимистично, сегодня реально тоже сосредотачиваются силами. Объем программ растет, и некоторые вещи, которые затем будут становиться программами Евразийского экономического союза, сегодня зримым образом обкатываются именно в формате Союзного государства. Поэтому проблем еще много. От государственного акта до конкретных программ, проектов. Увеличение поэтапного бюджета Союзного государства, который и так велик. Но тем не менее, нужно поступательно его увеличивать. Потом нам надо, все-таки, подумать, когда я говорю с медиасообществом, о едином информационном зонтике. Очень хорошо работает программа "Мир" и хорошо работает и далеко не только на пространство Союзного государства или евразийское "Russia Today". Но нам, все-таки, нужны, наверное, информационные зонтики онлайн – мы должны о новостях друг друга знать обо всем и в режиме реального времени. В свое время тоже Нурсултан Абишевич Назарбаев в упомянутой мной статье "Евразийский союз: От идеи к истории будущего" говорил о информационной программе "Евразия-24", аналогичной, как я понимаю, "Россия-24". Нам нужно думать об этих вещах, чтобы новости Союзного государства у нас транслировались онлайн во всех и отдаленных в том числе уголках России и Белоруссии. Как у нас заговорили сейчас о евразийстве в самом народе (а до этого говорили только депутаты, чиновники и президенты), так и Союзное государство должно получать мощное информационное сопровождение. Но поскольку я вижу на пресс-конференции, несмотря на мое опоздание, яблоку негде упасть, вижу, что интерес большой, и надеюсь, что Союзное государство у нас как никогда и не было, и не будет проектом чиновников, депутатов и президентов, а станет очень хорошим зонтиком, экономическим прежде всего, который будет накрывать наши 2 государства, которые будут способствовать Единому Экономическому Пространству не на бумаге, а реально общему рынку товаров, услуг, капитала, рабочей силы. То, что сейчас провозглашено с 1 января 2012 года (ну, поначалу, хотя было провозглашено, но не работало). А сейчас уже работает, хотя с определенными шероховатостями. А в первую очередь работает на пространстве российско-белорусском, благодаря опыту Союзного государства. Поэтому опыт этот поистине неоценим, и расплескать его было бы совершенно непростительно. Союзное государство есть и будет, и будет занимать свою знаковую функциональную роль, функциональную нишу в процессах Евразийской экономической интеграции.
Корреспондент газеты "Союзное вече":
Вы упоминали то, что Назарбаев говорил, что в будущем возможно создание Евразийской Межпарламентской Ассамблеи. Скажите, чему эта организация может научиться у Парламентского собрания Союза Белоруссии и России?
Леонид Слуцкий:
Давайте мы доживем до создания Евразийской Межпарламентской Ассамблеи. Как Назарбаев высказал, так казахи затем и немножечко притормозили здесь. И я понимаю, почему – потому что нужно создать сначала стволовое измерение евразийской интеграции, экономическое, а потом к нему достраивать информационное, парламентское, измерение безопасности, под которым мы в Комитете продолжаем позиционировать ОДКБ. Но учиться, мне кажется, нужно как в свое время Европарламенту, как любым Ассамблеям, как любым парламентам. Чем Ассамблея отличается от парламента? Ассамблея формируется из страновых делегаций, которые создаются национальными парламентами, а парламент избирается прямыми демократическими выборами со всех территорий того или иного пространства вне зависимости от того, что это территории разных стран, то есть то, что являет собой сегодня Европарламент. Думаю, что Евразийский парламент – это пока еще отдаленная мечта, но мечта, к которой надо двигаться. В свое время, Вы помните, Маастрихтский договор в 1991 году создал Европейский союз всего лишь как вывеску, точнее как оболочку, куда первые кирпичики, включая Европейский парламент, начали довкладываться только в 2003 году, когда Европа начала создавать общий рынок. А у нас с Вами (давайте перенесемся уже в наши дни) как раз и есть этап формирования общего рынка под названием ЕЭП, Единое Экономическое Пространство. Поэтому нам нужно думать об этих измерениях. Нам не просто иногда по ним договориться. Но Вы знаете, думаю, что здесь будущей Ассамблее чему поучиться есть у национальных парламентов и, конечно, у тех структур, которые уже существуют на постсоветском, на евразийском пространстве. Это, прежде всего, бывшая МПА ЕврАзЭС, которая накопила немалый опыт и во многом функционально именно она будет передавать свой потенциал будущей Евразийской Межпарламентской Ассамблее. Это чрезвычайно уже на сегодня сильная и опытная Межпарламентская Ассамблея СНГ, которая с 1991 года работает в историческом Таврическом дворце. Сегодня Совет по СНГ возглавляет Валентина Ивановна Матвиенко, до нее возглавлял Борис Вячеславович Грызлов, до этого Сергей Михайлович Миронов. И я должен сказать, что у нас очень непростая здесь ситуация. Есть различный опыт, который накоплен в МПА СНГ, опыт более чем 300 модельных законов, из которых многие были приняты затем национальными парламентами. МПА ЕврАзЭС именно по законодательному обеспечению интеграционных процессов. Ну и национальные парламенты с их колоссальным опытом, с их особенностями. Смею Вас уверить: если Евразийская Межпарламентская Ассамблея будет создана в ближайшие годы, ей будет у кого поучиться, в том числе и у Парламентского собрания Союза Белоруссии и России. Спасибо.
Колобаев Семён Сергеевич:
В пресс-релизе говорится о 15-летнем создании Союзного государства. Я с сожалением не претендую на то, что мы, Россия и Беларусь, в какой-то день сотрём границы и будем иметь одну Конституцию, одни законы, одну власть. Но вот возьмём, к примеру, Евросоюз. Тоже этакое союзное государство. У них есть общая валюта. А когда же у нас с братской Беларусью будет общая валюта, чтобы, предположим, я поехал по каким-то делам в Минск и не должен был бы идти в обменный пункт?
Леонид Слуцкий:
Спасибо большое. Вы знаете, интеграция – это не создание единого государства. Это у нас сейчас в Бухаресте и некоторые круги в Кишиневе говорят, что мы скоро объединим Молдову и Румынию. Я позволю себе в этом усомниться, а также в том, что экономически Бухарест к этому готов. Ну, вот, единственный пример, где страны говорят о возможном объединении в масштабе Большой Европы. И то это абсолютно вряд ли. Во многом это делается именно для того, чтобы отсоединить Молдову от России. Сейчас прошли выборы 30 ноября в парламент Молдовы. Надеюсь, что он будет сформирован в большинстве своем из тех, кто исповедует конструктивные взгляды за Молдову не для России и не для Румынии, а для самой Молдовы в равновесном и выигрышном экономическом сотрудничестве и с Востоком, и с Западом. Что касается России и Белоруссии, никогда на этапе союзного строительства мы не говорили о создании единого государства, но речь о единой валюте, безусловно, была. Сейчас Министерства финансов работают над этой очень непростой и проблемной тематикой. И лично мы не испытываем каких-либо проблем от того, что валюты разные. Они настолько хорошо (наши валютно-финансовые пространства) между собой сопряжены, что здесь проблем при поездках в Минск в отличие от поездок в некоторые другие страны, проблем больших нет. А что касается обменных пунктов, они там действуют равно как и банковская система Белоруссии (может быть, выскажу некий реверанс, но оправданный) абсолютно точно, четко и в соответствии с белорусским законодательством. Поэтому я тут как раз не вижу повода как-то переживать. В недалеком времени (не исключаю – проблематика эта не столь однозначная) мы и придем к единой валюте. По крайней мере, в рамках нашей интеграции это одна из тех вех, к которой без какой-либо спешки и сломя голову или пожара надо двигаться. И мы это делаем.
Тамара Гоцеридзе, телеканал "Маэстро" :
Когда Парламент планирует ратифицировать новый договор Абхазии с Россией, когда будет эта ратификация? Готовится ли такого же рода договор с Южной Осетией? В будущем не будет ли притягивать Россия эти два государства в состав Союзного государства или в ЕврАзЭС?
Леонид Слуцкий:
Спасибо за вопрос. Он немножко не по нашей теме. И тем не менее, раз Тамара здесь, речь о вхождении Южной Осетии как и Абхазии в состав России не ведется в настоящее время. И договор, аналогичный российско-абхазскому, вполне может быть подготовлен. И я думаю, что как раз такие договоры, которые четко регламентируют сотрудничество между собой в первую очередь в экономической плоскости нужны и полезны. Они обозначают новый уровень сотрудничества между нашими странами в сегодняшних не всегда простых условиях на современном этапе развития. Но вместе с тем они же ставят на место тех, кто выпрыгивают из штанов с двух сторон. Одни кричат, что Россия там кого-то затягивает к себе, аннексирует и так далее. А другие кричат, что «Да, мы хотим в состав России!» Есть Соломоново решение, и оно, мне кажется, очень хорошо отражено в российско-абхазском договоре. Не исключаю, если к тому будет добрая воля обеих стран (России и Южной Осетии), что такой же договор может появиться и между Россией и Цхинвалом. Но не могу утверждать однозначно. Что касается нашего сотрудничества, то есть с Абхазией и Южной Осетией, мы очень тесно сотрудничаем. И, в частности, наши гости из этих двух стран присутствовали на том мероприятии, которое мы видим на наших мониторах. Наши спикеры там общаются – Владимир Павлович Андрейченко, Сергей Евгеньевич Нарышкин. Последний возглавляет, как я упоминал, Парламентское собрание Союзного государства. Вот, на 47-й сессии у нас были гости и из Абхазии, и из Южной Осетии. Ратификация, я думаю, что в ближайшее время состоится. Ратификационные процедуры мы меньше всего как Государственная Дума (Вы это знаете, будучи парламентским корреспондентом) обычно затягиваем. Мы ничего не затягиваем. Надо, чтобы договор поступил на ратификацию, надо провести по нему первичную обкатку в профильных комитетах Государственной Думы. Как правило, это занимает не более нескольких недель. Поэтому в случае, если договор в ближайшее время поступит в Государственную Думу, я буду первым, кто выступит за его ратификацию, может быть даже и в уходящем 2014 году.
Корреспондент портала Союзного государства Soyuz.by Бинда Татьяна Анатольевна:
В первую очередь, Союзное государство создавалось для граждан двух государств, чтобы белорус в России и россиянин в Беларуси не чувствовали себя иностранцами. Над какими законами, проектами в этом направлении будут работать депутаты Парламентского Собрания Союза Беларуси и России?
Леонид Слуцкий:
Союзное Парламентское собрание работает над проектами декретов Союзного государства, которые затем рассматриваются на Высшем Государственном Совете. И в данном случае нет каких-то специальных проектов такого плана. Вместе с тем в эпоху Евразийского союза Союзное государство всё равно остается интеграционным объединением для двух стран. Если б мы сказали, как некоторые тут нас пытаются побуждать, вот, есть евразийская интеграция, Союзное государство как ЕврАзЭС сделало свое дело и может теперь уходить. И это принципиально неправильно. ЕврАзЭС, действительно, с 2000 по 2011 год выпестовывало будущий Евразийский проект, являлось лабораторией интеграции наших стран. Вы помните, там были 5 стран. Извините, ЕврАзЭС – 7 стран. Поэтому ЕврАзЭС с началом евразийской интеграции, с формированием Таможенного союза, затем Единого Экономического Пространства значительным образом свою роль уже выполнило. Почему российская и белорусская стороны вынесли 19 марта 2012 года на Межгоссовет ЕврАзЭС проект решения о трансформации ЕврАзЭС сразу в Евразийский Экономический Союз подобно той Маастрихтской вывеске, но только уже не в европейской, а в евразийской системе координат? Ну, тогда из-за позиции казахстанских коллег такого решения было не принято, и ЕврАзЭС, отмершее по сути, какое-то время продолжало существовать еще 2 года. В плане Союзного государства совсем другие вещи. Есть те проекты и программы, которые являются двух-, а не многосторонними, даже не трехсторонними. И они именно российско-белорусские, которые были всегда между нашими странами. Вот такие предприятия, такие программы, такая проблематика была, есть и будет исконной проблематикой Союзного государства. Хорошее выражение "Когда мы едины, мы непобедимы". Любой и внешней угрозе, и какому-либо непониманию в плане болезни роста при становлении евразийских интеграционных процессов, всегда будет конструктивно противостоять Союзное государство с уже накопленным огромным многолетним опытом интеграции и поддержкой тех программ, которые являются двусторонними. У нас есть двусторонние российско-казахстанские программы, например, сотрудничество на космодроме Байконур. Они успешно решаются, и сейчас подписан глобальный договор о сотрудничестве между нашими странами. Так что я считаю, что здесь достаточно существующей договорной базы, что касается России и Белоруссии. Вот, не знаю, если перенестись на 15 лет назад, было бы создано Союзное государство? Было бы или не было бы, мы всё равно нашли бы правильные интеграционные формы. Но учитывая, что у России и Белоруссии понимание необходимости интеграции пришло гораздо раньше, чем к другим странам, которые начали задумываться лишь после лекции Назарбаева в МГУ в 1994 году, а в большинстве своем тогда, когда был создан Таможенный союз. А Россия и Беларусь сразу же, практически с начала 90-х начали задумываться об интеграции. И поэтому как у Союзного государства знаковое прошлое в плане накопленного опыта, так уверен, что у него без лишней патетики, действительно, и самое серьезное будущее. Спасибо.
Валерий Милованов, газета "Вестник героев":
По поводу теории евразийства. Не так давно в Доме русского зарубежья прошло большое мероприятие, посвященное теории евразийства. Оказывается, была теория в начале прошлого века – это евразийство. Когда я задал вопрос "А как же Назарбаев?" Мне немецкие выступающие сказали "Ну, это "назарбайство". Так какой теорией Вы руководствуетесь? Есть ли теория? Вот здесь часто звучала фамилия Назарбаева. То есть опираетесь на разработки Назарбаева? Спасибо.
Леонид Слуцкий:
Мне кажется, говорить "назарбайство" несколько неправильно, не уважительно по отношению к одному из самых знаковых лидеров стран постсоветского пространства, да и стран мира, в общем-то, тоже. Казахстанская экономика – одна из самых развитых и быстро развивающихся, несмотря на все кризисы на постсоветском пространстве. И гражданское общество, образовательное пространство... А программы в этой сфере – у этой страны много кому есть чему поучиться. И что касается евразийства, Вы знаете, новое – хорошо забытое старое. И вместе с тем сегодняшняя ситуация, естественно, добавляет в Евразийский проект то, чего нельзя было в него включить или предвидеть, или говорить о чем-либо 100 с лишним лет назад. Давайте вспомним Маккиндера. "Кто владеет хартлэндом, сердцевинной землей, тот владеет мировым островом. Кто владеет мировым островом, тот владеет миром". Мировой остров – это Евразия, хартлэнд – это Восточная Европа. Наверное, в значительной степени и сегодняшние критики Маккиндера говорят нам о том, что он был прав (а, действительно, мы можем об этом сказать). Но сегодня, говоря о конкретной интеграции трех конкретных стран на момент лекции Назарбаева в МГУ 1994 года, России, Белоруссии и Казахстана, это уже значительно более конкретная материя и применительно к сегодняшнему времени. И посмотрите, сколько каждый год нам дает критического, нового, что мы должны переосмысливать, спорить, дискутировать и всё равно приходить в результате к общему знаменателю, поскольку все мы в наших странах, будь то Минск, Астана или Москва, понимаем, насколько евразийская интеграция нам нужна, нужна нашим экономикам, нужна нашим народам, нужна для того, чтобы противостоять вместе всем этим однополярным агрессивным тенденциям, которые стремительно своей экспансией на нас надвигаются и уже занимаются не весть чем на Украине, когда они разожгли настоящую гражданскую войну. С этой точки зрения, говоря о теории евразийства, это серьезная наука, которая поступательно двигается от Маккиндера к Назарбаеву и многим сегодняшним прочим ученым, которые тоже являются крупными специалистами в евразийской теории. И господин Дугин, с которым я во многом не согласен, тоже свой вклад вносит, и ряд других экономистов и в Москве, и в Астане, и в Минске, и за пределами Евразийского пространства нам говорят о том, как важно при формировании мировой экономической прежде всего архитектуры 21-го столетия создать вот такой вот своего рода мост. Если Вы читали роман Ефремова "Лезвие бритвы", в последнем абзаце Иван Ефремов писал о подобном мосту, имея в виду совершенно иное, но у меня почему-то возникает подобная аллегория. Мост между Европой, которая находится в длительной уже, 8-летней экономической рецессии, и быстро набирающим обороты азиатско-тихоокеанским ареалом экономического развития. Такой новый геостратегический игрок необходим сегодня в мировой экономической архитектуре. И сегодня есть много центров интеграции, но страны БРИКС находятся на разных континентах, Шанхайская организация сотрудничества, которую возглавляет мой друг (по крайней мере, секретариат ее) Дмитрий Федорович Мезенцев, двигается, но, может быть, не столь быстрыми темпами. Ну и не столь просто, когда объединяется много государств и каждые имеют в том числе и многотысячелетнюю историю как Китай. Что касается Евразийского проекта, то сегодня это самый динамичный, самый быстроразвивающийся проект на евразийском материке. Уверен, что если нам с Вами быть реалистами, то уже без утопии в ближайшие годы Евразийский проект может в себя вобрать и не для галочки, а таким образом, чтобы реально подтягивать до евразийского уровня экономики этих стран еще несколько государств. Сегодня мы уже говорим с Вами о пятерке. Но интерес проявлен Таджикистаном, интерес проявлен Узбекистаном. Да, есть определенная проблема: экономика Таджикистана не готова, но давайте посмотрим, как семимильными шагами начала двигаться экономика Киргизии, когда мы пошли навстречу и долги простили, и стали сотрудничать по развитию газотранспортной системы, и несколько других знаковых было принято решений, в том числе и официальным Бишкеком – от закрытия Манаса до ратификации парламентом Жогорку Кенешем в конце прошлого года договора о зоне свободной торговли сразу в трех чтениях. Поэтому и у Душанбе, и у Ташкента, и у многих стран не постсоветского пространства есть определенный шанс, если они ответят себе на главный вопрос, для чего им евразийская интеграция. Уверен, что и некоторые вполне самодостаточные экономические страны постсоветского пространства могут в ближайшее время, в ближайшие годы проявить интерес к быстро набирающему силы Евразийскому проекту. Не хотел бы быть понятым слишком бодрячески. Может быть, я говорю с какой-то патетикой, потому что я верю в то, что я говорю, но на самом деле, проблем более, чем достаточно. И в том числе тех ситуаций, когда решать их непросто из-за того, что в какой-то столице существует определенное видение, несколько даже и упертое, и обойти его невозможно. Приходится приходить к общему знаменателю, как бы ни было сложно, потому что без этого не будет дальнейшего поступательного движения вперед. Ну а с практикой евразийства будет расти и его история, и диссертации будут защищаться во всех странах, и внутри, и снаружи Евразийского проекта. Но уже сегодня перед вступлением в силу евразийского договора за несколько недель до 1 декабря можно сказать, что Евразийский союз получается. И у наших стратегических друзей (а, на самом деле, оппонентов – это я их так называю «стратегические друзья») всё меньше и меньше шансов обрушить столь мощное региональное объединение. Я думаю, что таких шансов нет. И в этом случае должен сказать, что если Евразийскому союзу быть, то не быть, как бы ни ухищрялись наши оппоненты, не быть никакой мировой однополярной архитектуре. Мир останется столь же многополярным, ну, конечно, уже в системе координат 21-го столетия, каковым он стал по итогам Второй мировой войны с главенствующей ролью Организации Объединенных Наций. Да, Совбез ООН взломан Госдепом США. В ряде резолюций по Косово, Ираку, Афганистану, Ливии, Сирии черным по белому писалось одно, а на деле туда вторгались войска альянса и уничтожали неугодные США режимы. Ну что ж? Как взломан Совбез ООН, так и затянется на нем рана в том случае, если мы не просядем, если пройдут процессы евразийской интеграции, а на ооновской площадке мы будем объяснять нашу позицию и по евразийскому строительству в том числе, и по опыту Союзного государства, и его Парламентского собрания. Всё это бесценные крупицы опыта, которые будут иметь большое значение для дальнейшего. И думаю, что так же и в мировом политическом, и в мировом информационном пространстве в ближайшие годы без утопий деформация образа России уменьшится и нас начнут лучше понимать, лучше слышать. Три дня назад в ПАСЕ, которая еще недавно на нас напала с жуткой резолюцией №1990, где полномочия все у нас отобрала, у российской делегации и так далее, уже принят первый в Европе меморандум о недопустимости применения санкций против парламентариев. Вы знаете, вот эту стремительную, панатлантическую агрессию, ведь, понимают не только у нас. И понимают хорошо в Европе. И понимают, что под угрозой здесь в цивилизационном плане многие ценности и традиции, исторический многовековой опыт старушки Европы. И многие поэтому нас поддерживают в наших взглядах на многополярное мироустройство, в наших взглядах на будущую европейскую архитектуру. И не то, чтобы это наша была дипломатическая победа. Просто сильные и мыслящие люди, в том числе и в парламентах, хорошо понимают эту ситуацию, как только начинают задумываться, а что будет вслед за этой панатлантической экспансией. Ну и затем мы начинаем советоваться, убеждать и, слава богу, в последнее время это получается. Поэтому Европа не лишена здравого смысла, и Европа, уверен, что будет и на Союзное государство, и на Евразийский экономический союз смотреть максимально конструктивно как организация, не противостоящая европейскому вектору развития, а сонаправленная, коллинеарная, если говорить математическим языком, а вовсе не как некоторые евразийские эксперты нас убеждают не противонаправленная. Пример прекрасный сочетания и евразийского, и европейского векторов развития нам являет, например, Армения.
Костромин Сергей:
Каковы перспективы возвращения российской делегации в ПАСЕ? Нашла ли, наконец, понимание у евродепутатов, позиция России по ключевым проблемам международной политики?
Леонид Слуцкий:
Вы знаете, отвечу, Сергей, очень просто. Меморандум о недопустимости применения санкций в отношении парламентариев уже во многом показал парламентариям из разных политических групп, страновых делегаций в ПАСЕ о том, что это, конечно, решение с перебором, шантажное и здесь Европа плясала под дудку Вашингтона. Я думаю, что будущая сессия будет непростой, но у нас есть большая возможность вернуть полномочия. Мы за ними не гонимся. Но мы хорошо понимаем, кто хочет разъединить между собой, развести Москву и Страсбург. Мы не хотим расставаться с самой широкоохватной европейской площадкой, в том числе в межпарламентском плане – там работает 47 парламентов. И мы хотим успешно использовать эту крайне непростую для нас площадку, Совет Европы, ее Парламентскую Ассамблею для продвижения нашего понимания общего будущего, строительства мировой европейской архитектуры в 21-м столетии с коллегами по ПАСЕ. Уверен, что шанс у нас большой. Это зависит от голосования в страновых делегациях. Думаю, что после этой пресс-конференции Тамара поработает с грузинским парламентом, чтобы они нас поддержали. Ну, если у нее это не получится, то я уверен, что нас поддержат многие из прочих. И уверен, что без утопии у нас большой шанс вернуться к полноформатному сотрудничеству через утверждение своих полномочий в ПАСЕ на страсбургской сессии, которая, напомню, состоится там в последнюю неделю января.
Olga Krasina:
Вы активно вовлечены в проблематику международных отношений не только на пространстве СНГ, но и активно участвуете в европейских межпарламентских организациях, международных переговорах и встречах. Можно ли утверждать, что в связи с известными событиями на Украине Россия оказалась в международной изоляции? Если нет, то приведите примеры международных контактов по линии Государственной Думы за последнее время.
Леонид Слуцкий:
Они выдают желаемое за действительное. Они хотели, чтобы мы были изгоями и чтобы мы стали нерукопожатными, но у них это не получилось. И в самих США – там масса есть авторитетных экспертов, специалистов, НПО, университетов, которые отнюдь не разделяют позиции господина Бжезинского. Николас Петра из одного крупного исследовательского центра, профессор – можно почитать "World Research", последний номер прошлого года – пишет, что не войдя в ассоциацию с Евросоюзом, Украина уклонилась от пули. Действительно, так, потому что если б подписала, то выкинуты на улицу оказались тысячи и тысячи трудящихся с крупнейших промышленных предприятий Украины. Вот в чем собака порылась – не вовсе в том, что мы давили на Януковича. Ну а тогда призрак парадигмы Бжезинского, призрак участия России в будущем Украины, объединения наших стран в Евразийском проекте, вхождения туда Украины замаячил в Вашингтоне настолько сильно, что Вы помните, как из рога изобилия посыпались в Киев по команде оттуда крупнейшие политики (крупнейшие по уровню занимаемой должности, а вовсе не по масштабу личности, я так считаю). И некоторые спикеры парламентов, и конгрессмены, и сенаторы из самих США. Ну и дальше финансирование НПО безмерное, когда был создан Правый сектор, многие другие правонационалистические организации. Ну и дальше гражданский кризис. Уже к концу декабря ситуацию не контролировали сами лидеры оппозиции, которые растерянно пересматривались между собой, в том числе и на Мюнхенской конференции 1 февраля, где я участвовал. Должен сказать, дорогие коллеги, что ситуация остается непростой, и в том числе в Парламентской Ассамблее Совета Европы. Но надо работать. Чем больше нас среди них, тем меньше их среди нас. Надо работать с оппонентами, убеждать их, тем более, что у нас для этого есть все возможности.
Тамара Гоцеридзе, телеканал "Маэстро" :
Каковы, по-вашему, перспективы выхода Украины из СНГ? Как Вы расцениваете, насколько эта тема сейчас актуальна?
Леонид Слуцкий:
Сегодня Украиной руководят несамостоятельные политики. Они отраженным светом светят от той позиции, которую им индуцируют с Запада. С этой точки зрения, Вы знаете, ну, такая, казалось бы, уже, как бы сказать мягче, "белиберда". Лиц мужеского пола от 16 до 60 лет не пускать на территорию Украины. Кто-то пытался сейчас ситуацию на юго-востоке войной объявить между Россией и Украиной. Выход из СНГ. А что выиграет Украина, выйдя из Содружества Независимых Государств? Ну, наверное, такие как Маккейн и хотели бы, чтобы Украина вышла отовсюду, где Россия участвует. Не знаю, как быть тогда с Организацией Объединенных Наций. Ну, наверное, оттуда надо с точки зрения господина Маккейна Россию исключить. А из СНГ Украина выйдет. Ну и так далее. Всё это оголтелые, маргинальные позиции, на которые мы с Вами не должны смотреть серьезно. Мы должны понимать, откуда это идет и какие у этого перспективы. А какие перспективы у "белиберды, можно сказать, не вникая в ее ту или иную суть. С политикой это не имеет ничего общего. Другое дело, что все эти процессы затрагивают жизненные интересы 46 миллионов граждан (теперь уже их меньше), которые проживают на Украине. Больше миллиона уже уехали. Как можно считать прямыми или демократическими выборами выборы 26 октября в Верховную Раду, если в части страны идет война, если миллион с лишним избирателей находится за пределами страны, если две крупнейшие партии, по сути дела, запрещены и в стране полностью отсутствует свобода СМИ, свобода слова, а инакомыслящих журналистов уничтожают так же, как инакомыслящих политиков? А как минимум сажают в мусорные баки. Многие, к сожалению, поплатились и здоровьем, а некоторые жизнью. Я должен сказать, что нам надо здраво смотреть на ту ситуацию, в которой мы находимся. Политики мы, журналисты или какие-то представители гражданского общества (я возглавляю Российский Фонд Мира), у нас единое будущее. Если мы это будущее, простите ради бога, "профукаем", то можем превратиться в то, что написано было Президентом Российской Федерации в одной из своих программных статей предвыборных "Социальная политика. Строительство справедливости для России". По-моему, это февраль 2012 года, если не ошибаюсь, "Комсомолка". Там хороший есть раздел "Сбережения России". Речь там шла о том, что у нас шестая часть суши, но всего лишь 2% населения Земли. И если национальная демографическая политика будет развиваться так, как развивается сейчас, - заключал тогда Президент, - то примерно к 2050 году мы можем превратиться, - цитирую дословно, - "в пустое пространство, судьба которого будет решаться не нами". Сегодняшние геополитические реалии таковы, что экстраполировать приходится гораздо быстрее. И судьба русского мира в мировой, в европейской политической архитектуре, в постсоветской архитектуре будет решаться не к 2050 году, а вот сейчас, 2014, 2015, 2016 годы. И от нашего с Вами поколения и политиков, и просто мыслящих людей, которые знают, ради чего они живут, всё это зависит.
Модератор:
Подводя итог нашей сегодняшней пресс-конференции, совмещенной с онлайн-конференцией, хотел бы попросить Вас выделить ключевые достижения союзного строительства за 15 лет, какими проектами будете заниматься лично Вы, какие Вы бы для себя выделили бы как ключевые?
Леонид Слуцкий:
Начну с конца. Я не отделяю себя от нашей профессиональной команды Комитета по евразийской интеграции, прежде всего по делам Содружества Независимых Государств, евразийской интеграции и связям с соотечественниками Государственной Думы. Я считаю наш Комитет лучшим в Государственной Думе. Лучшим не потому, что его возглавляю я, а потому что там работают представители всех фракций, которые, действительно, не безразличны к будущему России, русского мира, наших соотечественников во всем мире. А они и есть русский мир. И Комитет много сделал. Комитет сегодня воспринимается как, может быть, небольшая, но отчетливая составляющая процессов евразийской интеграции, процессов объединения гражданских обществ, парламентского сообщества наших стран и парламентов Европы, парламентов мира в разъяснении, а что есть евразийская интеграция, а что сегодня в целом происходит и каким образом нам нужно друг на друга смотреть, какими глазами, какова есть роль России в построении нашего общего будущего? Является Россия конструктивной силой или, напротив, как в этом пытаются убедить мир наши оппоненты? И в этом голос Комитета слышен. У нашего Комитета есть известный ресурс, на который я всех Вас приглашаю. Мы проводим часто различные семинары. Достаточно сказать, что ни одно из самых не простых, в общем-то, досье, которые ратифицировались, не были ратифицированы в Государственной Думе из тех, которые выносились Комитетом, иначе как единогласно. Я в данном случае не хвастаюсь, я отвечаю на вопрос и говорю о том, что я удовлетворен, как мы построили работу нашего Комитета Государственной Думы на его предыдущем отрезке работы, а это 2,5 из 5-ти деятельности сегодняшнего созыва Государственной Думы. Мы перешли через экватор, и это время уже подвести какие-то предварительные итоги. Поэтому сегодня мы можем твердо судить, что наш Комитет состоялся и в том числе по отношению к самым непростым досье, которые сейчас существуют на пространстве Содружества Независимых Государств и русского мира. И по отношению в том числе к союзному строительству. Сергей Евгеньевич Нарышкин и мы, его команда, с момента, когда он возглавил Парламентское собрание Союзного государства немало сделали для увеличения роли Парламентского собрания в союзном строительстве. Я считаю, что нам это, безусловно, удалось. Я сказал "команда Сергея Евгеньевича", потому что во внешней политике и даже во внешней политике, нацеленной своим вектором пусть не очень длинным на дистанцию, разделяющую Москву и Минск, нет фракционных различий. У нас одна Россия и у нас одна внешняя политика. И наш Комитет действует, исходя из этого, поэтому я говорю о столь, может быть, неправильном, извините, непривычном (а, на мой взгляд, абсолютно правильном), непривычном понятии для парламентариев как команда. Мы, действительно, профессионалы, которым не безразличен русский мир и которым понятно, каким образом сегодня русский мир пытаются разобщить и продолжить его коллапс. Именно коллапс, потому что в 1989 году русский мир – это 350 миллионов человек, сейчас – 270. В ряде стран, в том числе постсоветского пространства, например, в ряде стран Центральной Азии по одной русской школе. В той же Украине за последние несколько лет закрылись еще до гражданского кризиса 600 с лишним русских школ. На каком языке будут говорить наши дети? Как мы обеспечим русскоязычное образовательное пространство и многое другое, что неразрывно связано с судьбой русского мира? Всё это связано с нашим не каким-то отдаленным, а самым ближайшим будущим. Да можно сказать, уже и с настоящим, когда мы приезжаем в эти страны, а молодежь в странах, казалось бы, нам братских и родных (по крайней мере, мы так продолжаем говорить на уровне глав государств) уже не очень хорошо говорит по-русски. Вот это и есть краеугольные проблемы, которые, стоя на земле, нужно четко для себя понимать, равно как и пути их решения. А у нас в системе исполнительной власти агентства, которые отвечают за эти проблемы, финансируются по остаточному признаку. Не важно, как оно называется – сотрудничества или иначе, кто его возглавляет – Косачев или Петров, или Сидоров. Но мы не можем в условиях тем более сегодняшней цивилизационной схватки финансировать работу, направленную на решение важных для России стратегических, цивилизационных задач по остаточному признаку. Давайте посмотрим. Ведь, во всем мире кризис. Но а как финансируется "Альянс Франсез" во Франции, "British Council", Институт Гёте, Институт Сервантеса, Институт Конфуция в соответствующих странах, в Соединенном Королевстве, Германии, Испании, Китае? В этих странах престижно работать выпускникам крупнейших университетов. Это огромная система, которая финансируется первоочередным образом. Когда в посольство Франции в России едет инспекция "Альянс Франсез" проверять лицей французский на Бабушкинской, там поджилки у всех трясутся, включая посла. А у нас для того, чтобы немножко выделить денег на программную деятельность, которая направлена на то, чтобы соотечественники не отрывались от России, а чтобы они в идеале, может быть, еще и возвращались в соответствии с принятой госпрограммой содействия добровольному возвращению соотечественников в Россию... Уже этой программе мы отметили в сентябре 2 года. Для этого из крупных, знаковых домов науки, культуры и техники, которые всегда изображались на обложках, на медалях и так далее, они сдаются в аренду, а представительства Россотрудничества переселяются в какие-то небольшие здания на окраинах этих столиц. Как Вы считаете, это способствует реноме Российской Федерации или наоборот? Поэтому сегодня есть, какие вопросы ставить нам перед Президентом. Частично эти вопросы будут рассмотрены 23 декабря в трех плоскостях. Прошу прощения, я уже об этом говорил. И в том числе наряду с Высшим Евразийским Экономическим Советом, с Советом коллективной безопасности ОДКБ состоится – и это, я думаю, этапный, важный по существу рассматриваемых вопросов Высший Государственный Совет Союзного государства. Многие из вопросов в повестку предложены именно Парламентским собранием.
Завершающее слово
[-online:finaltext:600237002:Леонид Слуцкий-]Спасибо большое. Я был счастлив с Вами встретиться и всегда открыт для встреч, для вопросов и для сотрудничества, которое на сегодняшнем этапе имеет огромное значение.